Он родился в год Дракона,
Где-то, в провинции Хубей.*
У него училась Джуна,
Других, не помню, хоть убей…

Кто-то, хочет жить - сто лет,
А кому-то - месяц , в тягость.
Но Солнце искривляет Свет,
Как бы Время не сжималось…

Противоборство «Инь» и Янь»,
Рождает пять Первоначал:
«Древо». «Огонь». «Вода». «Металл»,
А между ними, нитью - грань.

Грань :Мера Времени- дана,
Каждому на этом Свете.
Покоя нет, и Жизнь - трудна,
Как порядок строф в сонете.

Душа, покинув своё тело,
Над ним , как бабочка, парит.
И ждёт, что Демиург умело,
Её обратно водворит…

Но искривление Пространства,
Выводит Дух к иным Мирам.
И, Душа сменив ,гражданство,
Служит , увы, иным Богам…

*У ВейСинь- врач

В горшках, на окнах проклюнулась рассада.
Хлеб , прямо с рук- хватают «сизари».
Жизнь течёт, и им другой - не надо.
Им , вместо звёзд, сойдут, и фонари.

Время в тиши, перебирает чётки.
На стенах пляшут контуры теней.
И память, превращённая в «ошмётки»,
Вскрывает файлы позабытых дней…

Есть в памяти «занозы» , словно «стигмы»,
Они навязчивы, словно «идеи фикс».
Но чуждые рассудку парадигмы,
Толкают Сущность, прямо в реку – Стикс.

Манит бесконечностью - Спираль.
Но жизнь земная: кратка, и конечна.
Сверкнёт , над нами, словно,«Этуаль»,
И за солнцем прячется беспечно.

В шахматах страшна потеря темпа.
В жизни - безрассудочный размен.
Страшна потеря внутреннего тембра,
И распродажа душ за « соверéн»….

Мы все, всегда стремимся к счастью.
В нашей крови: «эвдемонизм»,*
как иммунитет, к ненастью.
Но в нём есть «трема»**- гедонизм…

Счастливым быть , увы, не роскошь.
Счастье- средство, а не цель.
Но соблюдайте осторожность:
фарватер -Счастье, сбоку - мель.

Счастье , как палитра света.
С прорывом резким в синеву,
Оно взмывает, как ракета…
К любви, спешит на «рандеву».

Хватайте счастье ,на лету.
Ищите, и найдите силы.
Даже, если вы в бреду,
И в ста дюймах от могилы…

Взгляд в глаза, рушит границы,
Между счастьем и любовью.
Счастье, быть с любимой в Ницце,
И заплатить за это – кровью…

*процветание, блаженство, счастье — философско-этическая традиция и жизненная установка, признающие единственным и высшим человеческим благом счастье
** трема (tréma): используется для обозначения раздельного произношения гласных звуков

«Любовь , излодавшегося зверя»-
Так называют позднюю Любовь.
Не возвратить, утраченное время.
Не обновить , в застывшем русле -кровь…

Получить не трудно на ночь , тело.
Но себя в себе ,не побороть.
Даже , если демиург умело,
перекроит твою «тугую плоть»*

Нет смысла в связях отдалённых,
Брода нет , и нет - реки.
Лучше жить, средь «прокажённых»,
Чем, подставлять обе щеки…

Я не сумел искусство фальши,
Принять , за истинный порыв.
Она ушла, фальшивить- дальше.
Я вскрыл, в Душе своей нарыв.

Осколки ваз. Блюд. И тарелок.
Хрустят, как снег под сапогом.
Брод оказался , слишком мелок.
И с очень вязким, грязным дном.

* В. Шекспир «Гамлет»

«Артбатареям – огня, не открывать.
Батальонам - драться, до последнего.
Высотку взять, зубами удержать,
До подхода рот , с края переднего…»

Об это часто снимается кино.
Сценарий пишут бывшие комбаты.
А воины, все в белом кимоно,
Парят над ними, как клочки из ваты…

Война- беда. И беда , для всех.
Рожь горит. Снопом пылает хата.
С Души солдата , обожженный грех.
Смывает девочка- сестра, из медсанбата.

Не спиться многим, после боя.
Мешает гром весенней канонады.
Кто-то , курит -лёжа, кто-то – стоя,
Все ждут , покуда, не затихнут «Грады».

На кителе : нашивки и награды.
Дрожит от радости, подаренная жизнь.
Рад солдат, и все родные – рады…
Но память жжёт, как горькая полынь….

Он был Поэт. Вращался в высших сферах.
Погиб, как водится, в тридцать седьмом году.
Был не изыскан в жизни, и манерах.
Тащил поэтов на своём горбу.

Любил детей. Страну. И Натали.
Искал Душе в Михайловском приюта.
Жалел, что Пушкины в России – не Цари.
И добивался в рифме - абсолюта.

Языков - друг. И Баратынский – друг.
Цензор - не друг, но , всё же – Император.
Дуэли были, но сходили с рук,
В дуэлях был- великий провокатор.

Потом в санях, заиндевевший гроб.
И Вяземский, рыдающий у гроба.
На площади Конюшенной сугроб,
И под вуалью, некая особа…

Убит на грани Восхождения, поэт.
Не дожидаясь, чина камергера.
И провожал поэта , Силуэт,
Им не убитого , юнца и офицера…

Нет чистой правды о России,
Её не вычерпать, со дна.
В годы духовной аритмии,
В ней Балом правил Сатана.

На нём была печать Пророка,
Он мог заставить трепетать.
Как фимиам тяжёлый - рока,
Он мог толпу - очаровать…

Но очарованные тóлпы,
С годами стали уставать.
Иссякло зелье в« чёрной колбе»,
Но , Дьявол вновь решил - собрать…

И опять грядёт с Востока.
Беда, а с ней ордынцев, тьмы.
И длань тяжёлая «Пророка»:
Давит, на Русь , как вес сумы…

В России есть тяжёлый опыт:
Отпора всякому врагу.
Но всё сильней, ландскнехтов топот.
Горят Костры, на берегу…

Ещё, Русь точат изнутри,
Но разорвать никак не могут.
И я готов, держать пари:
Им в этом деле - не помогут…

Ни , вновь воссозданные Боги,
Ни Пророки, ни Орда.
Русь защитит свои пороги,
Как сокол, выводок гнезда.

И « покамест» существуют:
Дух и Вера на Руси…
Её никто не четвертует,
Сколько ката* не проси…

* Кат- палач

Смерть внезапно ставит точку,
В том месте, гдё её не ждут.
Она приходит в одиночку,
Целует страстно , прямо в щёчку,
И перетягивает жгут.

Недописанную строчку,
Она порвёт, и скроет с глаз.
Скоротает с вами ночку.
Cмыв, обрывки в унитаз.

А в это время, где-то , в буше.
Убит охотником шакал.
Сущность его, и наши души,
Слижет , оскалившись - Астрал.

Жизнь - бесконечна. Её формы,
Преломляются в веках.
Клоны с Матриц - не бесспорны,
Как штампы в книгах, и в стихах…

Я не хочу быть, ни коровой,
Ни шакалом, ни быком…
Ни бабой , в Африке- здоровой,
Ни «никудышным» мужиком…

А в грядущей Жизни новой:
Ни Дервишем, ни Стариком…

Жизнь- скорлупа. Нет- нет, и треснет.
Душу в Церкви отпоют.
Но, Верю я: Душа - Воскреснет,
Как в небе – праздничный салют…

Глубок колодец липкой тьмы,
В сон, погружённого рассудка.
Тени, как костров – дымы,
Сон охраняют очень чутко.

Спасётся, камнем из пращи,
Душа , из цепких лап Архона.
Иных путей – нет, не ищи,
Либо, открой заслон кингстона…

Порою, легче лечь на дно.
На дне течёт, с задержкой Время,
Всё как , в замедленном кино,
Или , как в гареме- бремя…

Есть в «биожизни» - аксиомы,
И постулаты - Бытия.
Это тюки сухой соломы,
Для сожжения «Сверх-Я».

Но пробуждает нас от спячки,
Гром Небесный, и Слова.
Крест Земной – обычной прачки,
И Берлиоза голова.

Заря взойдёт. Наступит утро.
И растает на стене,
Сверкая гранью перламутра,
След муаровый , « извне»….

«Шестипсалом» читают тихо :
Храм погружается во мрак.
Под купол Ангел взмылся , лихо,
И подал там , кому-то знак.

«Всё течёт». Мелеют Реки.
Топчут кочевники луга.
У Старицы набухли веки,
И обветшали берега.

Процветают: блуд и жадность.
В чашах кровь вместо вина.
И мирская теплохладность,
В Души у многих, вселена.

Бурлит , и ныне «Спасо-Хаус».
Всё утопает в нём, в цветах.
Я от роскоши теряюсь,
Тону, в изысканных садах…

Где рожь росла, или пшеница,
Там ,теперь «растёт» бутик.
Страдает без зерна – «Землица»,
В ней процветает – борщевик…

Молитва Сущность отрезвляет,
Как Души нам – Великий Пост…
А почему?
Никто не знает…
Ибо ответ, как Бог - не прост..

Поэт - не пифия. Не - Бог.
Ни дух подземного Пифона.
Он – птица, собиратель крох,
Строф – зёрен, с царского газона.

Молитвой, освящая Разум,
Поэт клюёт, «не что попало».
Своей короткой метафразой,
он в чувстве обнажает – жало.

У стихов своя судьба,
То «бесподобна» , то безлика.
В хуле, подмешана - хвальба…
Судьба стиха , всегда двулика…

Смысл философского сонета,
Обычно прячут между строк.
В нём песня, вроде недопета.
Припасена поэтом , впрок…

Тяга к смутному порыву,
Поэтов ,как ярмо, гнетёт…
Подготавливая, к взрыву,
То, что поэт не сбережёт…

Ветер смутного порыва ,
Критиковал активно – Кант.
Но постулат «императива»,
Увы, совсем не транспарант…


В борьбе субъекта и объекта,
Вот-вот, наступит перелом.
Но ткань живого интеллекта,
Это не тряпки , за стеклом…

«Ignis Sanat»*
( надпись на стене в комнате М.А. Булгакова 1915 г.)

Был Договор подписан кровью,
Между мною, и тобой.
Но ты, «не повела и бровью»,
В нашей схватке ,чумовой.

Ты подчинила свою волю,
Силе влияния , извне.
Ты разменяла свою долю,
На две приличные, вполне.

Твой инфернальный «визави»,
Тебе назначил «рандеву».
«Господи - останови…»-,
Эту тягу к «озорству».

Мне снять таинственный покров,
С её Души , не удаётся.
«Инферно», словно Крысолов,
Зовёт.
И к ней, поближе жмётся.

Пришёл я поздно. Она - рано.
Дождаться ей хватило сил.
Она пила воду из крана,
И умоляла, чтоб простил.

Если вглядываться в Бездну,
То , в ней увидеть можно всё:
Когда, и как я там исчезну,
И чьей ,руке будет копьё…

К ней , в ночù ворвался Демон,
И увёл её с собой.
Ночь показалась ей – Эдемом,
И увлекла её, в « сукой»**…

* огонь очищает(лат.)
** водяной вихрь

Туман, пуховым одеялом,
Укутал спящие дома.
Рассвет, в наряде ярко- алом:
Вылитая- «хохлома».

Гремит на стыках рельс- трамвай.
В парке сосны поредели…
Трамвай гремит: «Не унывай,
Стареют даже, топ- модели…»

Снег уже почти сошёл,
Но птичьих гнёзд, пока не видно.
Стероидный эстрадиол,
Терзает Дух - «молневидно»…

«Звериный Круг»* расставит точки,
В полнолунии Весны.
Набухают влагой почки.
Набухает , край десны…

Трамвай застыл на перекрёстке..
На скрещении дорог.
Правила , у Жизни- жёстки:
В ней день, сменяет- «вечерок»…

Голоса из «ниоткуда»,
Могут смущать. Могут смутить.
Весна пришла, мы жаждем Чуда,
Чтоб утолить потребность - жить…

*Зодиакальный Круг ( перевод с греческого)

Есть тёмная материя генома.
Суть её : замусоренный ген.
Ген в ДНК, чем-то похож на гнома.
В широком смысле: он есть - «ойкумен»…

Жизнь, иногда нам кажется жестокой.
Нет слабым, места в стае , и в гнезде.
Отбор Естественный, своей удавкой строгой,
С трудом, но держит- фенотип , в узде.

Нельзя никак ослабить удила,
Чтобы, избавиться от слома хромосомы,
В неё штыком, природная игла,
Внести , алкает сущность эписомы.

«Замусоренность» - в этом гибель рода.
Работает без сна - эпигеном.
И улыбается , глядя на всё,- Природа.
Ждёт Апокалипсиса , где-то в недрах- гном…

«Мы теперь не просто сброд,
У нас есть цель, и есть Учитель.
Ересь наши Души жжёт…»
«Терпите»- нам сказал Спаситель.

Марк пришёл в Египет, к коптам.
И был язычником убит.
Он в своей Вере был растоптан,
И бродит, словно , «Вечный жид».

Потом зловонный дым костров,
Разрушил Братское Единство.
Он стал Предтечей Катастроф,
И сеял семя Сатанинства.

«Nigro habitu»* надев,
Чтобы принять «consulamentum»**.
Катары – львицы, рвалùсь в хлев,
Там убивали, «бесхребетных»…

Ересь вьётся серпантином,
нетрудно в складках скрыть её.
Но , то, кто ряжен был «Квинтиной»,
Сломал катарам , их копьё

Потом катаров жгли Огнём:
В узилищах - не ищут брода.
Сгорали «чистые», живьём,
Не открыв, «нечистым» Кода…

Покоя нет: живым и мёртвым.
Пройдёт ещё с десяток Лун.
И Мир, что стал искариотным,
Вновь, порушит страшный Гунн…

Сны мозаичны, как витраж.
Воют ветрá, как в стае – волки.
И подметает с пола, паж,
Разноцветные осколки.

Сон и радость ,и беда.
И сладость дивная , и мука.
Порою, снится ерунда.
Порою, перст «Святого Духа».

Пределы функций когнитивных,
Веками тянутся к нулю.
Нет , результатов перспективных,
И с горя я: не ем, а пью…

В снах, мы испытываем грусть,
Блуждая в вычурных системах.
Интуитивно ищем суть,
В неразрешимых апоремах.

Слегка ласкают волны Эго,
Кольца Разума людей.
Там вновь «Полярной», стала - Вега,
Но Эрой правит - «Водолей»…

Библейский код- это программа,
в строках Ветхого Завета.
Тайна Бога - голограмма,
Луч, отражённый « с того Света».

Код не откроет Тайну нам,
Он скрыт в еврейском алфавите.
Но рухнет старой Веры Храм,
Я слышу крики , на иврите…

Библейский Код - хрустальный шар.
Но в нём нельзя блуждать вслепую.
Нужно иметь особый Дар,
И Веру в Истину, стальную.

Сольются вместе Времена,
«Прошлое», проглотит «фьюче».
Но Время помнит имена:
«Нерона». «Цезаря». И «Дуче».

Взрыв на Подкаменной Тунгуске.
Спас, от судьбы Помпеи - Питер.
И не привёл к « перезагрузке»,
Удар из Космоса в Юпитер…

Жив Кузнец. Куёт мечи.
Жена прядёт льняную пряжу.
Но слышен звон стальной, в ночи,
То ,Рим меняет «Третью Стражу»…

У темноты много обличий.
Свинья. И муха- Вельзевул.
В отклоненьях, нет приличий,
Если ,вскрыт эмоций пул.

Не знают жалости к себе,
Рабы миндалин мозжечковых.
Но путь, по выжженной тропе,
Один , из самых тупиковых…

Аморальность - не логична.
Но быть разумным существом,
Значит, понимать отлично,
Что , даже зверь- не жрёт, живьём.

Наши «зеркальные нейроны»,
Позволяют нам понять,
Что, человеческие стоны,
Нельзя улыбками считать…

Любить - не значит убивать.
Нужно помочь «слепому мозгу»,
Впотьмах , умело различать,
Розу в руке, и просто розгу…

Жизнь, как талая вода,
Чей ручеёк, всегда задорен…
«Улыбайтесь , господа…»-
Нам завещал писатель Горин….

Они болели, что скрывать.
Но скрывали боль, от ближних.
Врач. Лекарства .И кровать,
их спихнули в трюм , для «лишних».

«Temps perdu»* Марселя Пруста,
И « Чайка» Чехова – родня.
Там препарированы, «чувства»,
На площади, средь бела дня…

«Чувства» веками недоступны,
Препараторам Времён.
Чувства , чисты и неподкупны,
Для тех, кто ими освящён…

Незначительность сюжета:
Про Люксембургские сады.
Пруст писал, но не про «это»…
Не про левкои, и пруды…

Сочините книгу , лучше.
Поставьте, Чехова – не так.
Дайте маяк, душе заблудшей,
Как Ростиньяку - де Бальзак…

Время это только память,
Других Времён не существует.
Оно , как Бритва- может ранить,
Но и в маковку ,целует…

Потребление свехмеры,
Пробуждает в нас пороки.
И порочные химеры,
Терзают Души, как сороки…

Но лечат через тьму Времён,
Наши Души от огрехов,
И в том,я твёрдо убеждён:
Пруст Марсель , и просто- Чехов…

*Утраченное время

Приготовленный фондю,
Был событием для встречи.
Дамы, с налётом стиля «ню»,
В мехах, скрывали свои плечи.

Саксофонист сыграл нам « кикс»,
Сорвавшись на высокой ноте.
Тянулся медленно журфикс,
И склонял мужчин к зевоте.

С журфикса прямо на фуршет,
Все , потихоньку уходили.
Или на « обед- буфет»,
Где- нибудь, на Пикадилли…

Боуль. Пикник. И Барбекю.
Фруктов вине - полны бочонки.
И не стесняясь стиля «ню»,
Танцевали «шейк» девчонки.

Виды приёмов в этикете,
Порою , чудо- хороши.
Но не вернуть, мне годы эти,
За пенсионные гроши…

Фонарики зажглись на небе.
Прижалась к телу Леди- ночь.
И думы о насущном хлебе,
Я прогоняю храпом , прочь…

Растает снег. Раскиснет зимник.
И к озеру не подойти.
Затеплит свечи - старый схимник,
«чёрной» отведает кутьи…
И богом станет, «Во Плоти»…

«Надо за братию держаться»-
Мне говорил один монах.
«На жизнь не надо обижаться,
Ни впотьмах, ни в впопыхах»…

Ложный след позитивизма,
Манит страждущих , в болота.
И в нём бациллы нигилизма,
Превратят юнца в « зилота».

И я там выгорел дотла,
В этом болоте мимикрии.
«Укрухи *» с царского стола,
Больше не дарят эйфории…

Подальше от людского срама,
Но соблюдая, этикет.
Брожу по склонам Валаама,
Сжав свой, в комок, менталитет...

Укрухи *(ц.- слав.) – ломоть хлеба

Сам наяву , летать не может,
В обычной жизни - человек.
Но его всё время гложет,
Жажда: влететь, в стиле : «хай- тек».

Летает муха и комар,
И даже маленькие мыши.
Взмыл над Бездною Икар,
Шагнул, как будто мальчик, с крыши…

Полёт всегда – Свободы символ.
Избавленье от оков.
Кружили над Икаром нимфы,
И за него молился Иов.

« Но , ведь падение – не чудо»-
Нет-нет, да кто-нибудь, вздохнёт.
Но выбирают, почему-то,
«Икары»- «Прерванный полёт»…
Хотя, для многих Человеков,
Важна посадка, а не взлёт…

Пусть цепкá хватка крокодилья,
И тянут челюсти на дно.
Пусть подмочило кровью – крылья,
Взлёт состоится , всё- равно…

Крылья Абстракций не помогут,
Нас , над Землёю приподнять.
В Душе, застрявший – острый коготь,
К Земле притянет, чтоб распять…

Не дразни, мужчину- Овна,
не испытывай Судьбу.
Люби его всегда , скоромно,
Как, угодившего в тюрьму…

«Управляемый», Венерой,
Телец , и воин, и гурман.
Но выпив , хоть полпинты «белой»,
На вас набросит он аркан…

Знак Зодиака Близнецы:
В этом красивом человеке.
Витают страсти и мечты,
Но не сливаются , как реки…

Руки , словно два крыла,
Но достались «прохиндею».
Во тьме сверкают Зеркала,
И тянут руки к Водолею…

Конфликт , меж телом и Душой,
Без эротической окраски.
По связи, но беспроводной,
Меняет Рыбе, её маски…

Чёрная Луна - Лилùт:
Точка провала Зодиака.
Но опять к себе манùт,
Нас в полусферу – Тропик Рака….

Рыцарь ехал на коне,
По извилистой дороге.
Пот струился по спине,
А за ним « тащились» дроги.

От худоб'ы, чернели щёки,
У худородного идальго.
Он всё терпел: жару, упрёки,
Но ведь, Душа была кристальна…

Приложиться к лику Смерти,
Нам всем, когда- нибудь, придётся.
Тайна её , сродни: «Омерте»*,
В которой , Иудам , всё зачтётся.

Сердце Рыцаря застыло,
Вокруг всё было: «Жамевю́»**
Стилет воткнулся в грудь, как шило,
И продырявил жизнь мою.

Я, как в Книге Бытия,
Бреду с Востока, к краю Рая.
Но многомудрая Змея,
Не подпускает меня к Краю…

* Омерта́ (итал. и неап. omertà [omerˈta], сиц. umirtà / omertà —действующий в Южной Италии , кодекс молчания, чести и поведения,
**Жамевю́, или жаме́ вю (фр. jamais vu [ʒa.mɛ.vy] — «никогда не виденное») — состояние, противоположное дежавю, внезапно наступающее ощущение того, что хорошо знакомое место или человек кажутся совершенно неизвестными или необычными, как бы увиденными в первый раз. Возникает впечатление, что знания о них мгновенно и полностью исчезли из памяти.

****
Ты опять со мною рядом:
В снах, а чаще, наяву…
Пот с меня стекает градом,
От предвкушений « рандеву».

Нить меж нами протянулась,
из витого серебра.
Ты, во сне меня коснулась,
я пощупал - нет ребра…

Грозен лик святого Спаса,
Но я на Бога не ропщу.
Тяжкий груз людского сглаза,
Я на себе , как крест тащу…

Мне с Тобою не расстаться,
Ты вплетена в мою Судьбу.
И всё пытаюсь повидаться,
Пусть , в крайний раз, даже в гробу…

Бог молчит .Горит лампада,
Слезою плавится свеча.
Круг Второй мне снится Ада,
И Минос ,в качестве врача…

Полюбила- разлюбила.
Бросила . И подн'яла.
В кровь, наотмашь, меня била.
И не всегда была, права.

Я не оправдывал надежды.
Шёл, как ослик , по- прямой.
И мои « белые одежды»,
Были закапаны слюной.

Ты меня впотьмах искала.
А я, к тебе стоял спиной.
Ты не меня , в ту ночь купала,
В Любви холодной, неземной.

Я вечно ставил на «зеро»,
Все, подобранные фишки.
И карты Старшие Таро,
Щекотали мне нервишки…

Существует много знаков,
В семиотике Любви.
Цветёт на склоне поле маков,
Как брызги капелек, « кровù»…

Звезда Гермеса в апогее,
Создаёт взрывной поток.
Открылась дверь в Гиперборее.
Оттаяла, как водосток.

Разгадывать чужие тайны,
Хорошо, коль нет, своих.
И пусть они - необычайны…
Мы их поделим, « на троих»…

Я тону в болоте мифов,
В рабстве желаний, фактов, слов.
Кружат , как дроны, стаи грифов,
И посыл, у них - суров…

Формы Познания – Игра,
Тяга - к « чистому искусству».
Но в ней, « потýшена искрá»,
К всепоглощающему Чувству…

Летит по морю лёгкий глиссер,
А у штурвала –« Йозеф Кнехт».
Необходимость « Игры в бисер»,
Торчит печально , словно – кнехт*…

*Кнехт (от нид. knecht — «колышек, крючок в такелаже») — парная тумба с общим основанием на палубе судна, служащая для крепления тросов (швартовов).

Он был раб: душой и телом.
Честен был, но духом – слаб.
Жизнь устраивала, в целом,
Как нежный вкус «люля-кебаб».

Строить фундамент коммунизма,
Его никто не заставлял.
И в катакомбы нигилизма,
Его, никто не завлекал.

Он писал свои картины/
Увлекался, «реализмом».
Он был подобием машины,
Простым, и нужным механизмом.

Он свою рабскую ментальность,
прятал в складках мистицизма.
И кутался в «псевдореальность»,
Как в атипию, аутизма…

Но жестокая борьба,
«Дракона» с храбрым Ланцелотом.
Пугала, дóсмерти раба,
И поливала липким пóтом…

В когорту тех, кто победит,
Рабы находят путь, умело:
То копьё подаст, то щит,
То пнёт раба, послабже, «смело»…

« По капле выдавить раба,
Из себя…»- просил нас Чехов.
Но глубоко сидит – скоба,
«Раба», в Душе у Человеков…

Люди падкù на Успех.
Дух Успеха: сух и сладок.
Он заманивает всех,
Как след охотников , в распадок…

Но там таится дикий зверь,
Он хранит тайну успехов.
Он сторожит , из камня - дверь,
За которой: Джойс и Чехов….

Известен всем рецепт Успеха.
Ингредиенты: труд и фарт.
Совесть , порою, лишь помеха.
Замена ей : слепой азарт.

Успех, порой, глоток цикуты…
Он превращает злато в ртуть…
Но ради, лишь одной минуты,
Люди разменивают Суть…

За успех - всегда расплата.
Но, если ничем заплатить,
То, Суд суровый магистрата,
за Успех , может убить…

Оттаял пруд. По водной глади,
Гуляет вешний ветерок.
Он лёгок, как строфа Саáди,
Как, над крышами дымок…

Зима срывает с себя маску.
Окончен зимний карнавал.
Судьба сменила гнев на ласку.
Я от неё - не ожидал…

Входит сиреневое утро,
Перешагнув, через порог.
Мне ночью снился Заратустра,
Он на слова был скуп, и строг.

Сила Любви, в последнем шансе,
Который, Бог ей даровал.
Ницше, узрел всё это - раньше,
Но к Сатане пошёл на Бал.

Весна - рожденная , прекрасна,
прозрачна , как елейный сок.
Не дарит Бог Любви , напрасно…
Но запасает её впрок…

Я читаю по ладоням,
Рук Огня, Земли, Воды,
Где, руки Воздуха - синоним:
Ума, и дивной Красоты.

Палец Меркурия- мизинец,
Выпадает из среды.
Он , не в центре, как Детинец,
Но всё зависит, от длины.

Завязан, с фазами Луны,
Палец Бога Апполона.
Но в этом, нет его вины,
В том, что он слуга Эона*…

Доминантная рука,
Нам всё поведает о жизни.
Укажет место игрока,
И место воина , на Тризне…

Увы, две линии Ума,
Порой, совсем –« неоднозначны».
Но куча денег и сума,
В итоге, в общем –« равнозначны».

Линия Судьбы – длинна,
Но прерывается ожогом.
Его оставил Сатана,
На память: о «Залоге» строгом…

*Эон : это термин, обозначающий «век», «эпоху» или «вечность», используемый в философии, мифологии, геологии и
гностицизме.

Цветок упёрся в потолок.
И ввысь, нет сил уже, расти.
Да и какой, от роста прок?
В тюрьме для «Квантовой Души»…

Анализ истинных желаний,
Сможет открыть «Восьмую дверь»*:
Выжечь скверну отрицаний,
Избавить Разум, от потерь…

Стремятся «Квантовые Души»,
Постичь всё Множество Мирóв :
в Космической глубокой стуже,
и в глубине «Наномùров»…

На что, способен Человек,
За свой , увы, короткий срок?
Избавиться, от « ипотек»…
Ну, и разрушить « потолок»…

Придёт Весна. Погладит почку.
И распустится Цветок.
Но Времена поставят точку,
От пули , пущенной в висок…

* Глубинаперс — 8-е измерение представляет собой Глубиномер с помощью которого Квантовая Душа ощущает глубину опыта или понимание, как глубоко она погружается в жизнь.

Уходи. Пусть хлопнут двери.
Я их не стану затворять.
Воют в лесу, как Ведьмы - звери.
Скрипит ,усталая кровать…

О, безответная любовь,
Тобой, загубленные Души,
На страстной Неделе , вновь,
Стучатся в двери, неуклюже…

Влюблённый - гол, среди – «одетых».
И он ничем, незащищён.
Он купается в рассветах,
Своею Страстью –« поглощён»…

И «магический Пророк»,
Сдержать в узде, его не сможет.
Любовь без отклика - Порок.
Кость, которую червь гложет…

Любовь- это прорыв , к другому,
К талисману Вечной Сферы.
Но, пальцы жжёт свеча слепому…
Хрустят, разбитые фужеры…

И « Заводные апельсины»:
Плоды прогорклые – Любви.
Жестоко, словно «ассасины»,
Топят « влюблённого» в крови…

Планета бешено вращалась.
Бурлила сила магмы , в ней.
Луна, как сгусток - оторвалась,
От Земли, как Асмодей*…

Глыбы, чёрного пиририта**,
В глубинах Океанских вод…
В них тайна дивная сокрыта,
А ключ , к отгадке - Водород…

Эта тайна. Тайна – Жизни.
И фундамент всех основ.
Туф пирита лижут слизни,
Им сладок, «камень Дураков»**

Притяжение Земли,
И матриц жизни, к « Альтер Эго».
Нам в вдалеке давно зажгли,
Огни , на юте*** у Ковчега.

Приспособиться и выжить,
Не в этом - жизненная суть.
Но ДНК- спиралью, вышить,
В Бездну , ровный нитью - Путь…

Пёрышко, дыханьем Бога,
Устремлено потоком, ввысь.
В Небо - воздушная дорога,
Подвластна… но не всем, смирись…

* Асмодей, или Фантастическое видение (исп. Vision fantástica) — названия, даваемые фреске, написанной между 1819 и 1823 годами] испанским художником Франсиско Гойей.
**Пирит - минерал дисульфид железа с химической формулой FeS₂, известный как «золото дураков» за сходство с золотом и способность давать искры при ударе
*** Ют — это часть палубы судна, которая расположена от бизань мачты до конца кормы, которая называется гакоборта. Это важная часть судна, так как она является основой для крепления различных такелажных устройств, таких как блоки, штаги, веревки и т.д.

Мятежный раб восстал. И умер,
Застыв в скульптуре на века.
В Лувре, к нему подходит «Зуммер»,*
Ухмыляясь , свысока.

Юнец, увы, не понимает:
К чему, усилия раба?
И «Сеть», ему не помогает…
В музеях связь всегда слаба.

Хочет раб освободиться,
Но Мастеру : «не всё равно»,
В ком , и когда, вновь возродится,
Им обронённое, Зерно.

Страшно остаться « непоня'тным»,
В мире «искусственных людей»,
Где, ремешочком сыромятным,
Люд , избавляют от Страстей.

В лабиринте отражений,
«Зуммерам» пора понять:
Что, написал «Менины»- Гений,
С которым , некого равнять.

В понимании искусства,
у «бэби- бумеров»*- свой квест.
Сеть подменяет: суть и чувства,
Направляя, их - в « объезд»…

Тут нужен «вирус»- инфернальный.
И пусть его напишет- « Бес».
Чтобы юнец,, свой Круг Натальный,
Разорвал, как Геркулес….


* Зумеры — это сленговое, обозначение молодых людей, формально относящихся к демографическому «поколению Z»

Тащили «Ведьму» на Костёр,
Озверевшие солдаты.
Скрипели от натуги, латы.
Суд был неправеден, и скор…

Непреклонен был Сеньор.
«Юродивый»- поднёс свечу.
Заполыхал, как сноп Костёр,
Лизнув лишь пальцы, Палачу…

Разгорался сноп Огня,
Вдруг, из него, взмахнув крылами,
Над толпой, средь бела дня,
Взлетела птица, как цунами…

В Огне тропинок - нет, и брода.
И людям стыдно - прозревать,
В том, что от имени Народа,
Невинность могут разорвать…

Молись Толпа, затеплив свечи.
Храм не терпит Пустоты.
Скорбь, и опущенные плечи,
Предтечи, вашей Чистоты…

Костёр погас. Остался пепел.
Ветер смешал его с толпой.
Зёрна , свободные от плевел,
Взошли, но сорною травой…

Музыка эпохи романтизма,
Напоминает часто , «Арт- модерн»…
Она, в «простую воду» классицизма,
подмешивает, «сладенький «Сотéрн»»*….

Бетховен недолюбливал: «К Элизе».
«Вальс»,** не очень жаловал Равель.
И дело тут, не в вычурном капризе,
но в желании: улучшить «капитель»***…

Трудны для рук, каприсы Паганини.
Для скрипки- соло. Труд адский - скрипачу.
«Восемь с половиной…» - Ад Феллини,
Не всякому усвоить, по плечу…

« Я пишу, как мочится свинья»-
так о себе сказал, однажды, Моцарт.
Вино, в его бокале- кислый « О'цет»,****
На дне, которого в клубке живёт – Змея…

Сущность Человека - музыкальна.
Душа – пушинка, скрытая меж нот.
Музыка, как Сущность, Зазеркальна,
И превращает рок-н-ролл, в гавот…

Звучит под Сводом: Вечно-«Miserere»*****,
В Капелле тихо угасает Свет.
А в это время, где-то на Ривьере,
Встречают, двое «любящих» - Рассвет…


* Сотерн (Sauternes) — французское белое десертное вино, производимое в регионе Грав, Бордо.
**«La Valse»- хореографическая поэма для оркестра
** «капитель»- венчающая часть колонны или пилястры.
****устар. окисшее вино, уксус, которым, по евангельскому преданию, была смочена губка, поднесенная на конце копья к устам распятого Христа
***** Miserere (инципит — «Miserere mei, Deus, secundum magnam misericordiam tuam») — мотет на текст псалма 50 итальянского композитора Григорио Аллегри, для использования в Сикстинской капелле во время Тёмной утрени на Страстной неделе.

Синтез Музыки и Слова,
плавит Домна, в Бесконечность.
Но тяжесть сплавленного Слова,
Свинцом , утягивает в Вечность.

Поэт всегда, во всём – «Скиталец»*,
Во мраке сумрачного Леса.
В искусстве он - неандерталец,
Бога, ищущий, и Беса…

Он, и Ангел, он и Демон.
И в океане рифм – Рембо.
Форсируют поэты - Неман,
Поспорив с другом, «на слабó».

Поэты слышат шёпот звёзд,
Но звёзды гаснут, вдруг, взрываясь.
И в Бездне речек, растворяясь,
Дарят нам микстуру грёз.

С неподвижностью Судьбы,
Борется рука Родена.
В камне - Крик, но нет мольбы,
Как в «сопричастности», Верлена.

В наших душах много сора:
Великий Страх и пессимизм.
Мы все читали Кьеркегóра,
Но верим мы- в позитивизм…

*Кристофер Бреннан – австралийский поэт-символист

Прошло уже немало лет,
как ты покинула меня.
Растаял за порогом след,
Как снег, в начале сентября.

Я ждал тебя, в тоске унылой,
И год, и двадцать с лишним, лет.
И жизнь казалась мне - постылой,
Полной горечи и бед.

Но всё проходит в этом Мире.
Всё изменяется, течёт…
Даже: «сэппуку- харакири»,
не засчитали мне, в зачёт.

Я прóлил кровь свою на Тризне.
Топил Сознание в вине.
И деревья, «новой жизни»,
Листвой шумели «в стороне»…

Вечер остыл. Настало утро.
И сад росой жгучей, умылся…
Природа: вечна и премудра:
Я вновь, в Любви, в ту ночь - Родился…

Растаял в дымке липкий Страх.
Всё сплелось клубком , в нóчи.
И король со свитой - Стах…
Сгорел , меж дров , в Огне печи…

Лестница: по ней ступеней – Семь…
И две опоры: твердь Земли , и Неба.
Между ними пролегает – «Темь»,*
Наложница, блистающего Феба…

В Риме, на улице: «Витторио - Венето»,
Я вдыхаю запахи жасминов.
Но «Темь» подмешивает к аромату: «Вето»,
И манит прямо в Крипту Капуцинов…

До дрожи нас пугает - инфернальность,
И « продажа- купля»- «Мёртвых Душ».
И откровенная , порой, рациональность,
Когда, мы боремся за прибыль , и за «куш».

Антиномия в поступке: есть раздвоение в Душе.
Антиномия в рассудке: пронзает Душу, как туше.
Суть, рассечённая на части, плавится в большой реторте.
В руке , семь карт трефовой масти, и «джокер»:« вишенка на торте»…

Судьба – «Великий Инквизитор»,
Но, и Сошествие Христа.
Не сможет уничтожить «Идол»,
Или снять раба с Креста…

*тьма

Книга : «Жертвенной Любви»,
Напоминает, чем-то – «райдер»…
Бутыль, где смешивал Уайлдер*:
Случай с Промыслом , в крови.

Взгляд изнутри, на всё, что было.
На материю, « без свойств»…**
Там , Время наше , в лёд застыло,
Не причиняя, беспокойств.

Между рассветами, и тьмой,
Дожди идут , без остановки.
И Сны , преследуют гурьбой:
«Неоднозначные», в трактовке.

Архетипические «мемы»,
«Обаятельны», на слух.
Но в Царстве «Белой Хризантемы»,
Вдруг поселилось Царство Мух…***

Если Совесть не чиста…
Ей, не всегда подвластен Разум.
И лишь, Распятие Христа,
Разум очищает, сразу.

Упаковать Добро в Рассудок,
Пробовал отважный Фродо.****
Но у Троллей, сон так , чуток
как у коней у края брода…

Спит сознание героя,
Под «Сенью девушек в цвету»,*****
как сердце Марина Мирою******,
Живьём , прибитое к Кресту…

Лента бесконечных чувств,
Куда-то ,в небо змейкой вьётся.
Сфера - хрупкá, и « Стеклодув»,
Создав её, от души, в лицо- смеётся…

Кант прав: Реальность - «семулякрум»*******,
Но «Вещь в себе», не « псевдовещь».
Но в этом знании: «post factum»,
Итог, как правило - зловещ…

Примечания:
*Т. Уайлдер- писатель
**Роберт Музиль - писатель
***Уильям Джералд Голдинг - писатель
**** Р. Р. Толкин—писатель
***** герой пьесы «Безымянная звезда », Михаи́ла Себастиа́на
******Марсель Пруст- писатель
******* «семилякрум»,от лат. simulacrum – «изображение», «подобие», «видимость»

Искусства нет - «ради искусства».
Даже сверхновый : «модернизм».
В фундамент добавляет чувства,
И даже их - «полиморфизм».

Пугает нас абсурдность Мира:
Ямой , невидимой другим.
Но Путь, во Времени- Кумира,
Для нас , увы, «необратим».

«Очистительная Буря»:
Мора Утопии, и войн.
С сущностью искусства, споря,
Всё же ставит, на «биткойн».

Шизофрению революций,
Миражи подменят - Мифов.
Чтобы, в процессе эволюций,
Нас превратить в рабов, у «скифов».

На «Корабле своих желаний»,
Человек, всего лишь - юнга.
И следуя, посылам, Юнга,
тонет в пучине, Подсознаний…

Уйти от догм и строгих правил,
Помогает нам Игра.
Но , так уж, Бог Игрой управил,
Что, «процветают шулерá»…

Мир человеческий – двулик:
Есть «просто масса». Есть - «элита».
Земное время, только миг…
Дуалистичность, глубже скрыта…

И вот Поэт свой Крест, влача,
И Жаждой мýчимый , в Пустыне.
К влаге «Кастальского ключа»,
Вновь припадает, как к Святыне…

Шагнув на клетку: «Е - четыре»,
Пешка делает свой «Ход».
Дебюты все известны в мире,
Все знают их, наперечёт…

«Возни» в дебюте - не бывает.
Фигуры держат нужный строй.
Но в стане «белых» замышляют,
«чёрным» дать - « последний бой»…

Проникая, в Царство : «Chess»,
Многие там могут сгинуть.
Ведь Шахматы, как Дантов Лес,
Его не всем , дано покинуть…

Но с каждым годом, всё труднее,
Добиться жертвой – перевеса.
«Ходы'» становятся смелее,
Но труден Путь, за кромку Леса.

Шестьдесят четыре клетки,
На них – шершавые следы.
Это временные метки,
В коих, записаны «Ходы»…

Не надо взыскивать с фигур,
За то , что сдать пришлось ферзя…
И улыбается , Авгур,
Как многомудрая Змея…

Два начала Бытия,
Стремятся к пику Совершенства.
Туда протоптана стезя:
Но только детям, Бога Зевса…

Горит и плавится смола.
В огне печи трещат поленья.
На волю просится пчела,
Отведав, в блюдечке варенья.

Есть в жизни: «красная черта».
Черта - проложенного, срока.
По крыше топчется сорока,
И с откровением Пророка,
Напоминает : про «Летá»…

Жизнь: и тлен, и суета.
И мираж - полуобмана.
И фабула, порой, взята,
из бульварного романа…

Шагнув в Соборе, за порог,
Охота – подвести итоги.
Но дьяка тонкий тенорок,
Влечёт « ПоИстиной Дороге»…

Абсурдность «видимого Мира»,
Мы разменяли на слова.
Но мы сожжём, портрет кумира,
Если , закончатся дрова…

Всего две цифры: «шесть» и « пять»:
Клубок, сплетённый у Дороги.
Не повернуть с тропинки вспять,
Не развернуть к Востоку – дроги.

Я - «семимесяцев» крещён,
В донской станичной , старой Церкви.
Обряд был строго воспрещён,
Но свечи в Храме - не померкли…

Мы возвратились в Ленинград.
Город принял нас , с опаской.
Город родной, был мне не рад,
Я отвечал: негрубой лаской.

Мои чудовища в Душе,
Разгромил, с годами – Разум.
Я парировал туше,
От скользкой «нечисти», чумазой.

Я выбрал путь, един – лечить.
И город мой, мне – демиург.
Я жив. Я продолжаю – жить…
И любить … свой Петербург.

Время разбрасывать каменья,
Сменит Время: их сгребать .
Эти каменья, как мгновенья,
Что, обращают память вспять…

«Ars poetica»* терзает,
Струны тонкие Души.
Потом , как хлеб их разрезает,
Сметая крошки, как грошù…

Поэт , как голубь, эти крошки,
Клюёт, без устали, с Земли.
И воду пьёт, потом из плошки,
С ладоней, Канта и Дали…

Вьётся «лестница подобий»,
Ввысь, к сакральному числу.
Там шелуха от пустословий,
Превращается в золу…

Меня трясёт, как в лихорадке,
Лишь я, подумаю о том,
Что , вдруг , погаснет Свет в лампадке,
И ночь хлебнёт нас , «полным ртом»…

Внутри немыслимых Миров,
Я разбрасываю «камни».
Вся суть , бинарная - стихов:
Раскрывать, со скипом, ставни…

«Поэтом быть, или никем»,*
Судьба, с Гессе сыграла в « бисер»
Подарив, надежды - мизер,
Но чувство Стиля, как Тотем…

Проникнув в тайны Бытия,
Он обнажил нам суть Порока,
И с откровенностью Пророка:
Всё рассказал: от «А» до «Я».

«Имманентность». «Трансцендентность».
Стигматы выбора Пути.
Терзает Разум – перманентность…
И временная турбулентность,
С Пути советует : «Сойти».. .

Если попали Времена,
В геомагнитную воронку,
то с ног , спадают стремена,
и надо, отползать в сторонку.

В Нирвану, «Эго» погружает,
Нас любой императив.
Его простой речитатив,
Нас к безрассудствам побуждает…

«Игрой» - всегда владеет Мастер.
Владелец Тайного ключа.
Он , в приговорах- беспристрастен,
Но , «рубит, всё-таки, сплеча»

*Г. Гессе- цитата

Поэт ушёл. Осталось - Слово.
И пусть окончен - Диалог.
Начну писать стихи «ab ovo»*,
Пусть это будет – Монолог.

У Шекспира - трудный слог.
В цепь закованы Сонеты.
Но расковать Сонеты смог,
Поэт , минуя трафареты…

Поиск нравственных опор,
По лекалу «архетипа».
Схож , с поиском, в речушке с гор,
В её песочке - микрочипа.

Глотает Воды Океан.
Воды чистые, как слёзы.
Купался в них - Альдебаран,
И растворились – купоросы…

Звучит токката «До Мажор».
Льётся звук , лишь белых клавиш.
Судьбы Поэтов – Реки, с гор…
Их течь , « в обратно» - не заставишь…

«ab ovo»*(лат.) – с начала

Воду чéрпают до дна,
В жару, из старого колодца.
У зноя заповедь одна:
Меньше воды, и много - Солнца.

На дне колодца - родничок,
Дорогу к свету пробивает
Он похож на маячок,
Что Веру в пахарей , вселяет.

А зной , всё катится, с гряды.
Земля потрескалась, как сито.
И просят капельку воды,
Всходы овса, и всходы- жита.

Кислород и водород,
Смесь « гремучая», поверьте.
Но страшнее - «недород»,
И Ангел чёрный зимней Смерти.

Слаб родник на дне колодца:
Чист, прозрачен и невинен.
А «пахари» Ярило - Солнце,
Продали Волхвáм, за Ливень…

Шинель с Башмачкина украли,
Не оставив перспектив.
Его не били, не терзали…
Раздели - Душу , оголив.

Кого-то, может быть согрела,
Эта тёплая шинель?
Иль, денег много « притащила»,
Бродяге , севшему на « мель»…

Загадки Гениям привычны.
Отгадки – старцам Мудрецам.
Они, порою, неприличны,
Но Гений их, не знает сам.

Зло- поверхностная плёнка,
На «жирном супе» - Бытия.
Но слёзы горькие ребёнка,
Лишь удобряют слой : «Сверх-Я».

Всю жизнь мы шьём себе «Шинель»:
кто-то, у «Коко Шанель».
Кто-то, в Москве, у Демиурга.
Кто – то , в «Манежах» Петербурга…

«Мост через Бездну» перекину.
С лица, след горьких слёз сотру.
На себя «Шинель» накину,
Я так хочу , заснуть, к утру…

Жизнь прожита. Остались – крохи:
В ночи - скрипучая кровать,
Да, в печке- пламенные вздохи…
Настало время – доживать…

Я не хочу давать советы,
Тем, кто ещё «вовсю», живёт.
Но Время, покупать билеты,
В Страну Теней , ко всем придёт.

Друзей становится – всё меньше.
Суров Времён водоворот.
Жизнь старика, подобна – гейше,
С ним, «танцующей» гавот…

В себе есть Время покопаться,
Но локтя , не укусить.
С мечтой приходиться расстаться:
Год високосный пережить…

В «сухом остатке» только Опыт.
Но ведь реальность- « вещь в себе».
По ночам я слышу топот,
Коней рысистых, по Судьбе…

Неважно то, каким ты был.
Важнá, не плоть, важнее – память.
Чтоб, след в Пространстве не остыл,
И продолжал, кого-то ранить…

Обвивает Розу Плющ.
Плющ - коряв. Роза - прекрасна.
Плющ- сорняк, он - вездесущ.
А Роза – «архикуртуазна».

Был красив их симбиоз.
Они друг друга дополняли.
Благоухал, в ночи, куст роз.
И звёзды их благословляли.

Но Время катится по Кругу,
И вот нагрянула – Зима.
Прижалась Роза стеблем к Другу,
И потому, теперь - жива.

А плющ замёрз. Засох и сгинул.
Пропела птица - Гамаюн.
Плющ сад ,и розы в нём, покинул.
И занял его место - Вьюн…

Тайна Грааля не раскрыта,
Как тайна ,«Lapis elixir».*
Христова Кровь с Голгофы смыта,
И с окровавленных рапир…

Пал Замок Вечный: «Монсегюр».
Погибли рыцари- катары.
История , падкá на « сюр»**:
И четверо, избегли кары…

Груз шестнадцати галер,
Исчез в предутреннем тумане.
В Кострище сгинул Тамплиер,
Но не открыл Путь в Океане…

Чтобы, «сыскать» свой Путь к Граалю,
Надобно, услышать Зов.
Тот, что был слышен Парцифалю.
Зов, манящий через «Ров».

И тают , словно снег, надежды:
Отыскать вход в Лабиринт.
Мне снятся: Белые Одежды...
В руке катара – гиацинт***…

К обратной точке Просветлений,
Устремлён предел Мечты.
Но , горящие мосты,
Как нити красные , Черты…
Которую, лишь - перелезет,
Тот, кто с Судьбою стал на «Ты»…

«Lapis elixir»*(лат.)- философский камень
« сюр»**(фр.)- нечто фантастически ненормальное
Гиацинт(цветок)***- символ искренности и Веры

Не выпадает Руна : «Феку»,*
Ни в одном моём раскладе.
Нужно зашить в Душе «прореху»,
Как в мешке с зерном, на складе.

Ураган рвал и метал.
Как руны молнии сверкали.
В раскладе выпала: «Хагалл»**,
И сумерки мне вслед дышали.

В Душе осталась только Вера,
На богатый «урожай».
Ведь третьей Руной стала :«Йера»***,
Выпавшая , невзначай…

Я вскрыл, мне присланный, конверт.
Разломав печать , сначала.
Там был листик с Руной: «Перт»****,
Сольвейг рука, её писала.

Копаясь , между Рун в мешочке,
Предугадать хочу Судьбу.
Но Кактус вдруг зацвёл, в горшочке…
Услышал Тор, мою мольбу...

* Феху, (ᚠ) — первая руна , посвящённого богу плодородия Фрейру и богине любви Фрейе
** Хагалл(ᚺ или ᚻ) Ее еще называют H-руной. это энергия природных стихий, ее название произошло от слова, означающего "Град".
***«Йера», (ᛃ) сводится к положительному исходу в контексте актуальной ситуации.
****«Перт», (ᛈ) — четырнадцатая руна символизирует преображение путём получения новых знаний

Хочу, быть битым в кровь, как Мандельштам.
Убитым быть, как Пушкин – на дуэли.
Быть, как Есенин, жить-упиваясь в хлам…
Быть , Мастером , упрятанным в «Бедлам»…
Но ползти к своей заветной цели….

У Бога мёртвых нет.
Звёзды блестят, как грани бриллианта.
Над Поэтами мерцает звездный Свет,
Как отражение , погибшего Таланта…

В ясную безоблачную ночь,
Видны на небе - дальние Планеты.
Поэтам многие пытаются помочь.
Они же выбирают путь Кометы.

Капли дождя стекают с лиц Поэтов.
Капли солёные, похожие на пот.
Келейные судилища клевретов,
Манят их, на мокрый эшафот.

В Поэте есть « невидимое тело».
Но «ab extra»*, его не разглядишь.
С телом физическим , он расстаётся смело,
И погружается в Космическую тишь…

Поэты ,мастерски свой бриг приводят к мели.
И долго жить, похоже , не хотят.
Им претят: хоромы и бордели…
Они в просторы Космоса летят…

«ab extra»*(лат.)- снаружи

Ошибок нет, но есть - «Уроки».
Нет места лучше, кроме – «здесь».
У всех людей одни пороки,
Но « Хлеб насущный, даждь нам днесь…»*

Две силы движут человеком:
Силы страха и желаний.
Один становится «Гобсеком»,
Другой – « струной для колебаний».

Дар терпеливо ожидать,
Признак Ума и Совершенства.
Но мы умеем предавать,
Чтоб, оплатить счета блаженства.

Анализ «самоё себя»,
Угнетает Силу Воли.
Свой «Альтер эго», теребя,
Мы доводим суть , до боли…

Сеять, Добро, не согрешив,
Никому не удаётся.
И лишь тогда Добра прилив,
Засухой не обернётся.

В кладовую тихой грусти,
Я уложил тюками Память.
Ждал: Она меня отпустит,
И перестанет больно ранить…

Но вот уже минýли сроки.
Взошла и высохла трава.
Я выучил свои «Уроки»,
А Память, всё- таки - жива…

Морось мутна , и ползёт по стеклу.
Свет яркой Луны, мглу окрест - разбавляет.
Ночь, превращает её в полумглу,
И сама , эту смесь, как самбуку - глотает.

Во сне исполняются сотни желаний.
В снах : не пугают нас грозы и гром.
Нас прижимает, плита воздержаний,
И чувства , которые мы предаём…

Вселенную нашу , знать надо ,с изнанки,
Для этой Дороги , есть в нас : «Проводник».
Он пригласит ,и посадит нас в санки,
И к звёздам, направит Коней, напрямик…

Утихнут во тьме голоса Колокольцев.
В небе простынет саночек след.
Остались в Душе, лишь следы богомольцев,
Тех, что когда-то увидели – Свет…
P.S.
«Нечувственные Существа»…
Видят Мир наш, вне Пространства.
Это не чары колдовства,
и не догматы Христианства…

Свести все Множества к Единству,
Можно лишь , ныряя - в Бездну.
Сон тянет нас к Сюрреализму:
К Дали, Миро, и Максу Эрнсту…

Пришла Любовь.
Что, делать с ней:
Любить , страдая от болей,
Терзать свою: и плоть, и кровь,
Но войти, в ту Реку, вновь?

Все, что есть, оттенки боли:
Изнанки тёмные - Любви.
Любовь приходит против воли,
Сколько на помощь ни зови…

В нас психология Любви,
болевую ищет точку.
И влюблённый «визави»,
Борется с ней в одиночку…

Боль эта- «ария фугата»,
Что разрывает слух и плоть.
Длань её тяжеловата:
Как меч в руках, солдат Легата…
Трудно, её перебороть…

Ресурсы психотерапии,
Как в зной, один глоток воды.
Боль- вершина Энтропии,
И горьки, её плоды.

Чтобы , избавиться от боли,
нужно взломать системно - Душу.
И подобрав к Душе пароли,
С изнанки , вывернуть наружу…
Как «предательство» Иуды,
Помогло нам всем: « Спастись».
Так, и Любви разбитой, груды,
Призывают нас : «Женись…».

Боль – это место контрапункта,
Где , в ожидании Любви.
Боль , а с нею -два бургунца,
Ладят струны тетивы…

Наши «зеркальные нейроны»,
Объединяют: «Я» и «Мы».
Я слышу , вновь и мат, и стоны:
Тех, кто Любовью, « пленены»…

«Цветёт миндаль»*. А время - ехать.
К воротам подан , дилижанс.
Но, надо сесть, и «покумекать»:
Не возвратить, ли, сей-«bonne chance»**?

Слизало Время, четверть века,
и я уже, и сух, и - стар.
Рангоут моего ковчега,
Языком слизал пожар.

На юге - утро неприметно,
И прозрачно, как вуаль.
Солнце греет перманентно,
И синь небес ласкает даль…

Цветёт миндаль, благоухает.
Весь, в нежно- розовых цветах.
Но Время лепестки срывает,
Торопливо - впопыхах…

В бездонном временнóм колодце,
Я зачерпнул, в ведро - года.
А там внизу, уже – болотце,
И пахнет тиною вода.

Цветёт миндаль и отцветает.
Была жара. И будет - снег.
Но под солнцем снег растает,
А миндаль, даст свой - побег…


У края Бездны, не до смеха.
Чую носом - перегар.
Клочок , от банковского чека:
Вот всё , что отдал «Валтасар»…

* слова А. Вознесенского
** «bonne chance»(фр.) удача

На площади Конюшенной - сугроб.
В простых санях - заиндевевший гроб.
За два часа, примерно, до рассвета,
Свезли под Псков , убитого поэта.

И вьюга снегом стёжки замела.
И Адмиралтейская игла,
Над городом возвысилась, с тоскою,
И возродилась: Пушкина - Ланскою…

Потом убьют последнего царя.
Обмелеют реки и моря.
Но правнуки беспутного повесы,
Вновь, к речке Чёрной тащатся, как Бесы…

Такая, вот у жизни партитура:
Беспощадная, как карикатура.
И финал , у этой странной пьесы,
Бывает хуже, чем финал: у «Марсельезы».

Поэты, как «деликатесы»…
Ими питаются «Дантесы».
Жизнь – многочревна, как матрёшка…
Да, и в «Метель»,не вùдна стёжка…